Русская старина в памятниках церковного и гражданского зодчества И. М. Снегирев

22.03.2015 Галактион 3 комментариев

У нас вы можете скачать книгу Русская старина в памятниках церковного и гражданского зодчества И. М. Снегирев в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Вы можете забрать и оплатить приобретенные предметы в нашем офисе г. Трубная, д29 с1, м. Возможна доставка по России курьерскими службами. Уточняйте информацию у наших менеджеров по тел. Уважаемые покупатели, вы можете оплатить выигранные лоты наличными в нашем офисе г. Также возможна оплата по безналичному расчету. Для выставления счета, свяжитесь с нашими менеджерами по тел. Мы рады сообщить о новой возможности участвовать в нашем аукционе в режиме реального времени.

Для регистрации и участия в аукционе перейдите по ссылке: Оставить заочный бид Уважаемые коллекционеры! Единственным источником официальной информации такого рода являются каталоги аукционов. Доставка по РФ Уважаемые покупатели! В году был удостоен звания почётного вольного общника Императорской Академии художеств. В том же году он был назначен архитектором Московского Главного архива Министерства иностранных дел.

Уволился из Московской дворцовой конторы в году. В году под руководством Мартынова в Троицкой башне Кремля был устроен архив Министерства Императорского двора, за что он был награждён орденом Святой Анны 2-ой степени и произведён в действительные статские советники.

В гожу был назначен городским архитектором Московской городской управы, с года являлся архитектором Городской и Тверской частей Москвы. Работал участковым архитектором до года Лефортовская часть, 2-й и 4-й участки Мещанской части.

В году — городской архитектор при Московской городской думе. В году выступил с уточнёнными данными о месте рождения в Москве А. Пушкина, впоследствии дополненными С. В году занимался сооружением трона в Андреевском зале Большого Кремлёвского дворца.

В году Мартынов вместе с архитектором Н. Никитиным совершил поездку в Ростов и составил список его древних зданий. С года занимал должность канцеляриста Московской дворцовой конторы. В году входил в состав комиссии по обследованию покрытий церквей Владимира. Почётный член Московского архитектурного общества.

С года — член-корреспондент, а с года — действительный член Московского археологического общества. Автор ряда трудов по истории русской архитектуры и краеведению. Похоронен на Ваганьковском кладбище в Москве. Мартынова отнесена к объектам культурного наследия регионального значения.

При закладке Кремлевского дворца замечательный русский архитектор В. Баженов произнес речь, в которой высоко оценил памятники московской архитектуры XVII в.

Выступление это не было случайным: Древнейший период развития русской архитектуры для архитекторов и историков этого времени, по существу, характеризовался несколькими сооружениями — киевской Софией, новгородской Софией, черниговским Спасским собором, церквами во Владимире. И все же ценность памятников древней архитектуры именно как памятников культуры независимо от их использования постепенно завоевывала признание.

Когда в е годы XIX в. Некоторые исследователи уже прямо формулировали свою задачу как задачу изучения развития древнерусской архитектуры. А несколько позднее Д. Бороздина и сопровождавших его А.

Иванова и архитектора П. Это была первая попытка целеустремленного изучения памятников древнего зодчества. Результатом путешествия были альбомы рисунков и чертежей древних памятников, в том числе рисунок руин Десятинной церкви, обмерные чертежи киевской Софии, черниговских Спасского и Елецкого соборов, церкви Георгия в Старой Ладоге.

К сожалению, альбомы эти не были опубликованы и даже сведения о них проникли в научную литературу только в третьей четверти XIX в. Мартынова и текстом Н. Снегирева — первое в России издание, специально посвященное публикации памятников древнерусской архитектуры.

Об успехе этого начинания свидетельствует тот факт, что с г. Рихтером, где произведения русской архитектуры фиксировались уже не в рисунках, а в документальных чертежах. В середине XIX в. Более интенсивное развитие историко-архитектурной науки началось с х годов XIX в. Произошло заметное повышение научного уровня исследований, поскольку вместо любителей эту работу взяли в свои руки профессионалы-архитекторы. Заметную роль в деле изучения памятников древнего зодчества сыграли археологические съезды.

Под археологическим изучением в то время понимали не столько археологические раскопки зданий, сколько их детальное архитектурное изучение. Статья начинается с фразы: В том же томе был опубликован целый ряд статей по домонгольским постройкам, а вскоре появилась обстоятельная работа Н.

На III археологическом съезде особое внимание было обращено на памятники Киева. Прохорова, а затем в статьях П. Лашкарева были рассмотрены все сохранившиеся древние памятники архитектуры Киева и даже сделаны попытки дать некоторые обобщения.

В архитектурных журналах все чаще стали появляться статьи и информация об исследовании древних зданий. Внимание, уделявшееся памятникам древнерусского зодчества, определялось, как и прежде, не одними только научными интересами, но и практическими нуждами. Раньше эти нужды заключались в необходимости реставрировать древние церкви, используемые по их прямому, культовому назначению. Теперь, в 70—е годы XIX в. Статью об исторических исследованиях памятников зодчества В. Академические вопросы истории архитектуры приобрели актуальность и остроту еще и потому, что оказались тесно связанными перипетиями идеологической борьбы славянофилов и западников.

В этом отношении характерно выступление В. Хотя материалом, на который опирались спорившие стороны, служил древнерусский орнамент, в дискуссии затрагивались и некоторые вопросы происхождения архитектурных форм. Буслаев полагал, что основные архитектурные импульсы шли на Русь из Византии, к ним позднее присоединились романские влияния, а чисто восточные элементы также проникали главным образом через Византию. Бутовский считал, что Русь все получила непосредственно с Востока, и преимущественно в качестве древних традиций.

Именно это обстоятельство он считал основой самобытности русского искусства. В конце столетия дискуссия о самобытности древнерусского зодчества несколько утихла, но непосредственная связь изучения древних памятников с нуждами современного строительства оставалась непоколебленной. Как и прежде, в издание включались только полностью сохранившиеся постройки и совершенно не учитывались памятники, открытые раскопками. Между тем уже во второй половине XIX в.

Раскопки вели большей частью местные краеведы например, М. Полесский-Щепилло в Смоленске, А. Селиванов в Старой Рязани , но иногда работали и специалисты А.

Количество изученных памятников домонгольской поры возрастало. В конце XIX в. Первым попытался осуществить это А. Ускорение темпов развития историко-архитектурной науки сопровождалось ростом научного уровня исследований. В начале XX в.

Покрышкин произвел детальные исследования еще целого ряда древних памятников — церкви Василия в Овруче, церкви Спаса на Берестове в Киеве и других, причем в большинстве случаев эти исследования сопровождались раскопками. Следует отметить тщательно разработанную методику детальных обмеров древних памятников, впервые осуществленную П.

Первоклассные по методике раскопки древних памятников, в том числе участка фундаментов Десятинной церкви, провел Д. Грабаря, в первом томе которой, помимо общего введения, изложена история русской архитектуры от древнейших времен до расцвета архитектуры Москвы.

В написании разделов, кроме самого И. Грабаря, принимали участие Г. Существенно изменился характер изучения древнерусского зодчества в послереволюционные годы. Практическая реставрация памятников и их раскопки получили в отличие от большинства дореволюционных целеустремленный исследовательский характер, что позволило проводить их на высоком научном уровне.

Гораздо больше стало уделяться внимание общим проблемам развития архитектуры. В дореволюционный период даже в наиболее серьезных трудах исследователи, как правило, не пытались выявить развитие архитектурного стиля, ограничиваясь изложением фактической стороны дела, т. Теперь впервые делаются попытки разобраться в закономерностях развития архитектурных форм. На смену архитекторам приходят искусствоведы. Их исследования, и в первую очередь труды А. Брунова, значительно продвинули вперед разработку основных проблем истории древнерусского зодчества.

Благодаря новому подходу к памятникам начали слагаться общие представления о развитии зодчества как единого художественного явления. К сожалению, искусствоведческий анализ был на этом этапе еще оторван от конкретного исследования материальной и конструктивной основы сооружений и приводил порой к созданию отвлеченных, искусственных схем развития архитектуры.